Появление и развитие города Львов

-
53
Появление и развитие города Львов

Львов — город областного подчинения, административный, экономический и культурный центр Львовской области Украинской ССР, крупный узел железнодорожных и шоссейных дорог и авиалиний. Расположен на стыке трех естественных областей — Росточья, Побужья и Львовского плато. Самая высокая точка города — гора Высокий Замок (Княжья гора) достигает 411 м над уровнем моря (из них 22 м насыпаны). Территория Львова — 137,5 кв. км. Население — 642 тыс. человек. 

Город делится на пять административных районов: Ленинский, Червоноармейский, Зализничный, Шевченковский, Радянский. 
Райсоветам города Львова подчинены: Червоноармейскому — г. Винники, Шевченковскому — пгт Брюховичи, Зализничному — пгт Рудно. 

Территория города и окрестностей была заселена еще в эпоху мезолита (около 8 тыс. лет тому назад), о чем свидетельствуют орудия труда того времени, найденные на его северо-западной и юго-восточной окраинах. К концу эпохи меди (III тысячелетие до н. э.) относятся остатки поселений земледельческо-скотоводческих племен, исследованные археологами на горе Высокий Замок в 1955—1956, 1975 и 1976 гг. и на возвышенностях Лысовка и Жупан близ г. Винники в 1962 году. В городском парке имени И. Франко сохранился курган конца эпохи меди — начала периода бронзы (около 4 тыс. лет тому назад) и древнерусское городище (видимо, XI в.) 4. Это опровергает утверждение буржуазных историков о том, будто бы первое поселение на территории Замковой Горы возникло в послемонгольский период.

Львов возник в XIII в. на месте упомянутого древнерусского городища и вскоре стал центром Галицко-Волынского княжества. Впервые он упоминается в Галицко-Волынской летописи в связи с описанием пожара г. Холма, происшедшего, по уточненным данным, весной 1256 года.

Основал Львов галицко-волынский князь Даниил Романович (1225—1264 гг.), назвав его в честь своего сына Льва. Над городом господствовал замок, построенный на Княжьей горе (Высокий Замок). Подчинив Юго-Западную Русь, Бурундай в 1259 году вынудил галицко-волынских князей разрушить укрепления городов, в т. ч. и Львовский замок. Позднее он был отстроен и в 1286 году защитил город от нападения монгольского хана Телебуги.

Оборонительные сооружения Львовского кремля, разрушенные строительными работами последующих периодов, находились на верхней площадке Замковой Горы. В ее юго-западном углу в 1975 и 1976 гг. археологами обнаружены следы фундаментов круглой башни диаметром 8,9 метра. От нее по южному и западному краям площадки проходила каменная стена шириной 1,6 метра. У западного склона находился земляной вал, укрепленный с внешней стороны камнями. На гребне вала выявлено основание частокола.

Вокруг горы, на которой стоял замок, располагался город. Он занимал территорию к северу до села Вознесенье (Снесенье), к западу и югу — до рек Полтвы (теперь улица Полтвянная) и Пасеки. Его центр располагался возле северо-западного склона Княжьей горы. Здесь возвышалось большое количество домов, около 10 православных церквей. На южной стороне, по дороге к Городку, стоял монастырь св. Юры, известный с 1341 года, а близ Галицкой дороги — другой, название которого не установлено (позже монастырь доминиканцев). Наиболее густо была заселена территория, где теперь площадь Старого Рынка и начало улицы Богдана Хмельницкого.

Вдоль взгорья проходила главная улица города — Волынская дорога, к которой примыкала и центральная торговая площадь. Из других улиц наиболее значительными были Галицкая, Глинянская или Подольская. В начале XIV в. город расстроился и имел по тем временам значительное количество населения.

Ведущее место в экономике Львова занимали ремесла и торговля. Развитие производительных сил обусловливалось углублением общественного разделения труда, выделением из сельского хозяйства ремесла, концентрировавшегося в отдельных поселениях. В XIV в. возникли первые цехи. В реестре 1425 года упоминаются объединения резников, пекарей, кузнецов, сапожников, портных, шорников, Сидельников, солодовников, скорняков, овчинников.

Дошедшие до нас данные о ремеслах Львова свидетельствуют об их значительном развитии. До наших дней сохранился колокол церкви св. Юры, отлитый в 1341 году мастером Яковом Скорой, что подтверждает наличие здесь сложной литейной техники. Были развиты также ювелирное дело, гравирование, кузнечный, скорняжий, сапожный промыслы, гончарство и т. п. На полноводной в те времена речке Полтве стояли мельницы. Производились мед, пиво, перерабатывался пчелиный воск.

Рост торговли способствовал образованию постоянных рынков, где происходил обмен сельскохозяйственными продуктами и ремесленными изделиями.

Развитию Львова способствовало и то, что город находился на перекрестке крупных торговых путей. С востока проходили два пути из Киева (через Луцк и Теребовлю), с юга — пути из Молдавии (через Коломыю и Галич), Венгрии и от соляных источников Прикарпатья; западный путь (через Перемышль и Ярослав) связывал город с Австрией, Чехией, Польшей и Германией, с севера шли пути из прибалтийских стран (через Владимир и Белз). Во Львове поселилось много купцов из других стран. Здесь жили армяне, татары, немцы, греки, евреи, итальянцы. Армяне, переселившиеся во Львов из Крыма, занимали отдельный квартал в районе Подзамча.

Высокого уровня достигла культура населения города, выросшая на основе культуры Киевской Руси. Получили развитие живопись, искусство украшения рукописных книг, значительных успехов достигла письменность. Однако во время вражеских нападений многие памятники материальной и духовной культуры были уничтожены. О высоком уровне живописи во Львове свидетельствует сохранившаяся икона богородицы из Онуфриевского монастыря. В городе хранились летописные кодексы.

В конце XIII — первой половине XIV вв. Львов был главным городом Галицко-Волынского княжества, В 1340 году во Львовском замке находилась казна. Город имел герб с изображением льва.

В 40-х гг. XIV в. начался новый период в истории Львова. После убийства заговорщиками в 1340 году последнего галицкого князя Юрия II Болеслава в городе вспыхнули волнения, направленные против иностранных купцов, главным образом немцев-католиков, пользовавшихся большими привилегиями и личной поддержкой князя.

Внутренней борьбой во Львове воспользовался польский король Казимир. Весной 1340 года войско польского короля внезапно напало на город, захватило его, ограбило княжескую казну и сожгло укрепления замка. Однако решительное сопротивление львовян под руководством воеводы Дмитрия Детько заставило неприятеля отступить. В 1349 году, после смерти Детько польские захватчики напали на галицко-волынские земли и вновь овладели Львовом. Борьба за город продолжалась. В 1370—1387 гг. Львов находился под властью Венгрии. С 1387 г. здесь вновь установилось господство польских феодалов. Польские короли и магнаты проводили национальную и религиозную дискриминацию населения на захваченной ими территории. Королевские власти продолжали поселять во Львове польских и немецких колонистов, предоставляя им большие привилегии.

В 1356 году Львов получил самоуправление по магдебургскому праву. Оно обеспечивало охрану интересов патрициев — богатых купцов-католиков, захвативших основные должности в органах городского самоуправления — совете города и судебной палате. Квартал, где поселились западноевропейские купцы, в конце XIV — начале XV вв. превратился в новый центр города. Он представлял собой четырехугольник, обведенный высокой каменной стеной с башнями, валом и наполненным водой рвом. В XVI в. построена еще одна стена с более просторными башнями. За этой стеной также был вал с частоколом и глубокий, наполненный водой ров, а с западной стороны протекала речка Полтва. Фрагменты этих стен сохранились до настоящего времени. Городской четырехугольник располагался на территории, которую ограничивают теперь проспект имени Ленина, площади 300-летия Воссоединения и Даниила Галицкого, улицы Подвальная и Валовая, площади Галицкая и Мицкевича. В центре города находилась площадь Рынок. Здесь стояла ратуша, в которой размещались городские учреждения. Фактическая власть в этой части города находилась в руках зажиточных немецких и польских патрициев. В то же время прежний центр древнего Львова постепенно приходил в упадок и превращался в предместье с ограниченными правами в хозяйственной и общественно-политической жизни. В 1381 году в новой части города вспыхнул огромный пожар, уничтоживший многие здания.

Во второй половине XV в. в экономической жизни города, после сравнительного расцвета в XIV и первой половине XV вв., наступил застой, вызванный завоеванием Балканского полуострова турками и прекращением торговых связей с Востоком. Во второй половине XVI в. начался новый экономический подъем, развивались ремесла.

Экономику феодального Львова время от времени подрывали эпидемии и пожары, бывшие настоящим бичом средневековых густо застроенных и стиснутых стенами городов. С 1381 по 1737 год хроника города зафиксировала 14 больших пожаров. Самый большой из них в 1528 году полностью уничтожил город. С 1287 по 1737 год во Львове более 30 раз возникали различные эпидемии, от которых гибло от нескольких сот до нескольких тысяч человек. В 1623 году во время эпидемии умерли 10 тыс. человек, что составляло более трети всего городского населения. Во время вспышек эпидемий доступ посторонних лиц в город прекращался, богатые жители покидали его, хозяйственная жизнь замирала.

На протяжении XV—XVIII вв. Львов неоднократно подвергался нападениям вражеских войск, чаще всего турок и татар. И хотя полностью овладеть городом удалось только шведам в 1704 году, Львов во время этих нападений подвергся значительным разрушениям, а 14 раз вынужден был платить большие выкупы.

И все же феодальный Львов оставался одним из наиболее крупных городов украинских земель. Население его составляло в конце XVI — начале XVII вв. около 30 тыс. человек. К началу XVIII в. население сократилось до 20 тыс. человек, а к концу XVIII в. возросло до 40 тыс. Он был широко известен как значительный ремесленный и культурный центр, как один из центров борьбы украинского народа против социального и национально-религиозного гнёта.

Большинство населения Львова составляли ремесленники. Основной формой организации ремесел были цехи, объединявшие мастеров одной или нескольких смежных специальностей. Уже в конце ХУ в. в городе насчитывалось 14 ремесленных цехов. В 1627 году 33 цеховых объединения насчитывали около 500 мастеров более чем 50 различных специальностей — слесарей, кузнецов, столяров, ткачей, пекарей, ювелиров, часовщиков и др. Каждый мастер имел одного или нескольких подмастерьев и учеников Процесс образования новых цехов не прекращался и позже, вплоть до второй половины XVIII в. Так, в 1671 году образовался отдельный цех золотошвеев и иголыциков. В XVIII в. появились цехи столяров, золотошвеев, токарей, каретников, но распались цехи кардибанников и поясников. В 1772 году в городе было 37 цеховых организаций.

С середины XVII в. экономическая жизнь города приходит в упадок. Сокращаются гончарное, шапочное, малярное, седлярское, а в начале XVIII в.— скорняжное и золотарское ремесла.

Несмотря на примитивность техники, искусство львовских мастеров достигло высокого уровня. Изделия украинских шорников Ивана и Юрия Рогатинцев были известны во многих странах.

В некоторых отраслях экономики Львов играл роль центра всей Речи Посполитой. Это касалось, в частности, производства оружия. Так, звание мастера-мечника на всей территории Польши получали только ремесленники, прошедшие обучение во Львове или Кракове. Львовским оружейникам-пушкарям давали заказы польские короли, валашские господари, молдавские воеводы. Особенно ценились изделия львовских золотарей, в частности знаменитого мастера Тимофея Касияновича. Львов играл также роль центра мод и художественных вкусов для Молдавии, Валахии и других стран. Иногда львовских мастеров приглашали туда для выполнения важных заказов, и они оставались там работать по нескольку лет.

В ранний период истории Львова цехи играли прогрессивную роль. Они способствовали развитию промышленности, повышению качества изделий и т. п. Но уже тогда их тенденция к сохранению мелкого производства тормозила развитие производительных сил. В конце XV — начале XVI вв. цехи превратились в закрытые корпорации, руководители которых использовали цеховые привилегии для собственного обогащения. Цехи враждебно относились к техническим усовершенствованиям. Индивидуальный характер производства не вызывал потребности в сложных орудиях труда. Поэтому не удивительно, что техника мелкого производства длительное время оставалась примитивной. В мелких мастерских отсутствовало широкое разделение труда, а рост ремесленного производства сопровождался не увеличением мастерских, а расширением количества узких специальностей и появлением новых цехов.

Часть изделий львовские ремесленники изготовляли на заказ, однако, начиная с XVI в., большинство их производилось непосредственно для продажи. Это свидетельствовало о развитии товарного производства. Весьма значительное развитие ремесел во Львове находило проявление и в заметном росте числа цеховых учеников и подмастерьев, эксплуатируемых мастерами. Срок обучения учеников составлял от трех до семи лет, причем все это время они не только не получали за свою работу никакой платы, но еще вынуждены были платить за обучение. Уход от мастера влек за собой потерю стажа обучения. Подмастерья находились в несколько лучшем положении, но и они жестоко эксплуатировались. Нагрузка на рабочий день была высокая, а плата — мизерной. Получение звания мастера подмастерьями было весьма затруднено.

В середине XV в. подмастерья начинают создавать свои самостоятельные организации — «господы» для защиты от притеснений и эксплуатации со стороны мастеров. Так, в 1469 году уже существовала «господа» подмастерьев ткацкого цеха. Борьба подмастерьев против мастеров длилась на протяжении всего периода феодализма. Однако она ограничивалась мелкими вспышками борьбы в цеховой среде.

Во Львове проживало также множество внецеховых ремесленников, по разным причинам не попавших в цех, но имевших возможность открыть мастерскую.

В частности, в цеховые организации не попадали подмастерья и ученики, которым цеховая старшина отказывала в работе, ремесленники, прибывшие из других городов, беглые крестьяне. Значительную часть их составляли украинцы, евреи и армяне — им был закрыт доступ во многие цехи. Привилегированные цеховые мастера называли их «партачами». Вообще «партачи» состояли из нескольких социальных групп. В первую из них входили те, кто жил в шляхетских и церковных юридиках-территориях в пределах города, подчиненных не магистрату, а светским и духовным феодалам. Они находились в зависимости от владельцев юридик, выполняли для них работы или платили денежный чинш, получая за это защиту от притеснений цеховых и городских властей. Вторая группа включала ремесленников, живших в предместьях Львова или в городских селах и имевших собственные мастерские. Существовала и третья группа внецеховых ремесленников, состоявшая из покинувших цех подмастерьев и учеников, крестьян-беглецов и т. п. Они не имели возможности открыть мастерскую и вынуждены были наниматься на работу к другим мастерам. Внецеховые ремесленники ограничивались в правах, часто и вовсе их не имели. Члены цехов имели право забирать изготовленный внецеховыми ремесленниками товар и очень часто этим правом пользовались. Несмотря на это, количество внецеховых ремесленников во Львове не только не уменьшалось, но даже увеличивалось. Уже в XVI в., по некоторым данным, они составляли около 40 проц. всех городских ремесленников, а в XVIII в. их было даже значительно больше, чем цеховых. Конкуренция со стороны внецеховых ремесленников подрывала монопольное положение цехов, вынуждала их улучшать качество изделий, понижать цены, искать новые пути для сбыта товаров, разрушала цеховые традиции. Число внецеховых ремесленников регламентировали рынок, спрос на товары.

В XVI в. во Львове, кроме мукомольных, возникших значительно раньше, появляются маслобойные и кожедубильные мельницы, бумажная мельница в Брюховинах (конец XVI в.) и др. Однако и в XVII в. они какой-либо значительной роли в экономике города еще не играли.

Средневековый Львов являлся также важным торговым центром, оказывая большое влияние на развитие внутреннего рынка на западноукраинских землях. Кроме торговли с западноукраинскими городами, Львовские купцы вели торговые операции в Кракове, Варшаве, Вильно, Гданьске, где продавали поташ, лес, хлеб и другие продукты сельского хозяйства, а оттуда привозили иностранные товары. Во Львов приезжали купцы из Киева, Каменца-Подольского и многих других городов.

Значительную роль в жизни города играла торговля со странами Востока. В XIV в. Львов был непосредственно связан с Танаисом — генуэзской колонией, расположенной в устье Дона, с Кафой в Крыму, с Килией и Белгородом. Армянские, греческие, еврейские и другие купцы XVI—XVII вв. поддерживали непосредственные торговые отношения между Львовом и городами Османской империи. Среди импортируемых товаров были шелк, атлас, персидские ковры, тигровые и барсовые шкуры, золото в слитках, изюм и пряности, дорогая сирийская сбруя, арабские лошади и т. и. Из Валахии привозили различные сорта вин, мед, рыбу, пригоняли волов, из Венгрии доставляли вино, серебро, золото, медь, железо, порох, скот. На ЛЬВОВСКОМ рынке можно было встретить также товары из западноевропейских стран — Германии, Англии, Голландии и других.

Львов поддерживал довольно оживленные торговые отношения с Русским государством. Из Русского государства привозили меха, воск, юфть, ремесленные и художественные изделия. Львовские купцы ездили в Смоленск, Новгород, Москву и другие русские города 5. Дважды в году во Львове происходили многолюдные ярмарки, длившиеся по две недели (в январе и июле). В XVII—XVIII вв. ежегодно проводились контрактовые ярмарки.

Богатые купцы города, часть мастеров-ремесленников, католические костелы и монастыри занимались ростовщичеством.

Торговые интересы львовских купцов защищало т. н право склада, предоставленное городу еще в 1372 и 1444 гг., а также целый ряд торговых привилегий. Львов имел «абсолютное право склада». Это означало, что все иногородние купцы — местные и иностранные не могли объехать город стороной. Они вынуждены были заезжать туда и продавать свой товар богатым

Львовским купцам. Благодаря этому праву Львов превратился в своеобразный посреднический центр, через который переправлялись товары с Востока на Запад и с Запада на Восток.

Население средневекового Львова состояло из следующих социальных групп: шляхты, духовенства, мещан и пригородных крестьян. Две первые группы были немногочисленные, но пользовались большинством королевских привилегий. Основное население города — мещане, в свою очередь, делились на три группы: патрициат, бюргерство и плебеев. В первую группу входили богатые купцы, ростовщики, а также наиболее зажиточные ремесленники, особенно золотари. Эта богатая верхушка города насчитывала всего 40—50 семей. В ее руках находилось городское управление. Вторую группу составляло городское поспольство, пользовавшееся городским правом. К ней принадлежали мелкие и средние купцы, цеховые мастера, а также ограниченные в правовом отношении богатые внецеховые ремесленники. Третья, тоже многочисленная, группа состояла из городской бедноты, не пользовавшейся городским правом и не охваченной корпоративными организациями. Это были бродячие ремесленники, «партачи»-подмастерья, ученики-ремесленники, челядь и другие.

В социальной структуре города отдельную группу составляли жители сел Великого и Малого Головского, Замарстынова, Волицы, Поречья, Клепарова, Брюховицы, Белогощи, Кульпаркова и Сихова, возникших в XIII—XIV вв. на землях, отведенных городу князьями и королями. Позже эти села слились с городом и стали его улицами и окраинами. В городских селах чаще всего селились беглецы. Вначале села принадлежали богачам, а во второй половине XVI в. их подчинили магистрату. Крестьяне отбывали ряд все возрастающих феодальных повинностей. Многие безземельные и малоземельные занимались ремеслом (вне цехов) и продавали свои изделия в городе. Жители некоторых сел (Замарстынова, Волицы, Поречья) пользовались правами предмещан и принадлежали к ремесленным цехам.

В городе происходила острая классовая борьба. Городская беднота боролась против гнета патрициата и феодалов, подмастерья и ученики вели борьбу также и против цеховой верхушки.

Документы, в частности судебные книги, рассказывают о многих выступлениях трудящихся Львова против угнетателей, перераставших иногда в вооруженные столкновения. Первые упоминания о них относятся к концу XV — началу XVI вв. Так, в 1604 году во время стычки между мещанами и шляхтичами было убито 3 и ранено 10 чел., принадлежавших к шляхетскому сословию. В 1634 году жители Галицкого предместья отказались выйти на работы по сооружению городских валов. В 1636 году крестьяне городских сел, поддержанные жителями предместий, отказались выполнять повинности в пользу патрициев и шляхтичей — арендаторов городских имений и с оружием в руках встретили отряд, посланный магистратом для их усмирения.

Кроме социального гнета, значительная часть городского населения испытывала тяжелый национальный и религиозный гнет. Магдебургское право предоставляло преимущества католическому населению, остальные жители ограничивались в политических правах, в ремесленной и торговой деятельности. Некатолики не избирались на руководящие должности в органы управления городом и цехами, могли селиться лишь в определенных местах — армянском, русском, еврейском кварталах. Украинцы, жившие преимущественно в предместьях и составлявшие большинство населения, имели меньше всего прав.

Католическая церковь, уже в XIV в. начавшая строить здесь многочисленные монастыри и костелы, была верной прислужницей польской шляхты и всеми средствами стремилась ополячить и окатоличить украинцев, а также армян.

Украинское население города вело активную борьбу за свои права. Она особенно усилилась во время освободительной войны украинского народа 1648—1654 гг. Несмотря на репрессии, трудовое население делало все возможное, чтобы помочь продвижению войск Б. Хмельницкого. В частности, оно переправляло ему оружие. Авангардные части крестьянско-казацкого войска появились под Львовом 4 октября 1648 года. 9 октября сюда прибыл гетман, а 10 октября начался штурм городских укреплений. Многие львовские предмещане-украинцы влились в крестьянско-казацкое войско. Они указали, где проходил городской водопровод, который затем был перекрыт казаками, сообщили о слабых местах в обороне, испортили пушки в замке и показали казакам тайный ход в него. Это способствовало тому, что 15 октября полк Максима Кривоноса овладел Высоким Замком.

Однако Хмельницкий не хотел разрушать город и отдавать его на разграбление татарам. Ограничившись выкупом, он 23 октября отвел войско от Львова к Замостью. После отхода крестьянско-казацкого войска Львовский патрициат и шляхта стали преследовать украинское население с еще большей жестокостью. Новая волна восстаний в Галиции прокатилась во время битвы под Берестечком (1651 г.). Она охватила и польские земли, где повстанцев возглавил Костка Наперский.

В ходе освободительной войны укрепились связи львовян с Русским государством. Переяславская Рада, провозгласившая воссоединение Украины с Россией, позволила Хмельницкому осуществить освободительный поход в западноукраинские земли. 25 сентября 1655 г. крестьянско-казацкие войска под командованием Богдана Хмельницкого и русское войско во главе с боярином В. В. Бутурлиным подошли к Львову. 29 сентября под Городком украинско-русские войска разбили польско-шляхетское войско, которым командовал коронный гетман Станислав Потоцкий. Началась осада Львова, длившаяся более месяца. 8 ноября Хмельницкий приказал своим войскам отходить от города.

Во время обоих походов на Львов Богдан Хмельницкий и казаки относились к львовянам доброжелательно. Хмельницкий запретил жечь предместья, грабить мещан, выступал инициатором переговоров, чтобы не проливать лишней крови. Освободительная война способствовала дальнейшей активизации борьбы жителей Львова против социального и национального угнетения. В частности, украинское население города еще долго сопротивлялось наступлению католицизма. В 1679 году львовские ремесленники не допустили обложения их новыми налогами.

Хотя для Львова, как и для других городов периода средневековья, были характерны загрязненность, отсутствие санитарии, он уже в начале XV в. имел водопровод — сначала из глиняных труб, позже из деревянных, окованных железом. Трасса их прохождения содержалась в строгой тайне.

К раннему средневековью относится и начало Львовской фармацевтики. В городских актах за 1445 год есть сведения о фармацевте Василии Русине, ставшем гражданином города.

Из медиков более позднего периода известен Иван Альнпек (Алембек), работавший во Львове в первой половине XVII в. Получив образование во Вроцлаве и Падуе, он изготовлял из трав, нередко лично привезенных из стран Востока, лекарства, организовывал медицинскую и санитарно-гигиеническую помощь населению Львова во время эпидемий. Он с любовью относился к простому населению города, а в 1603—1607 гг. даже возглавил борьбу горожан против господствующей верхушки — патрициата, за что был брошен в тюрьму и лишен Львовского гражданства. До наших дней дошел ряд его рукописей о защите Львовских мещан, эпидемиях и др. Выдающимся ученым-медиком был доктор Эразм Сикст, автор научного труда о минеральных водах в районе с. Шкло.

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...